Читатель амфибрахия

Герои Фета — титаны, стоически претерпевающие жестокую зиму жизни. Сирень Тушновой — просто обычный человек, которому «очень страшно»…

Эпиграфом к своему стихотворению о Фете и Тютчеве как учителях жизни Кушнер (хотя и сам, наверное, может им быть – невероятная творческая энергия в ТАКОМ возрасте!) взял строку Фета. Казалось бы, что еще можно об этом сказать после предельной гармонии фетовского шедевра? Однако вот — Вероника Тушнова (да-да, та самая – «Не отрекаются любя» с гениальной музыкой Марка Минкова) – замечательная/удивительная вариация на тему Фета!

Сгорели рощи, травы посерели,
морозы предвещает тишина.
Вы замечали мужество сирени?
Под первым снегом зелена она.
Ей очень страшно по ночам, когда
весь мир до звезд раскрыт и обнажен,
и ветер режет медленным ножом,
и каменной становится вода.
Все толще лед на беззащитной коже,
все тяжелее снежные пласты…
ее приговоренные листы
беззвучно задыхаются от дрожи.
А поутру ты видишь, что она
стоит в снегу. Мертва, но зелена.

Стойкости и терпению фетовских дуба и берёзы противопоставлено МУЖЕСТВО сирени. Что чувствуют «герои» Фета? Напрасные слёзы / злая, сердитая метель / лютый холод, хватающий за сердце / душевная скорбь… У Тушновой (я бы сказал) не то что подробнее, а как-то интимнее, что ли, человечнее… Сирени «по-человечески» СТРАШНО (и далее по тексту), смерти не миновать (приговорена!), но — ЗЕЛЕНА! Почти «смертию смерть поправ»!