«Бородино», традиционно изучаемое в младшей школе, воспринимается как «детское» стихотворение, как большого формата книжка для детей с цветными картинками «про войну». Поэтому утверждение Толстого, что «Бородино» — это «зерно», из которого выросла эпопея «ВиМ», сначала поражает своей неожиданностью, а затем кажется непонятным преувеличением: как? из стихотворения (!) – огромный роман? — пусть даже ЛНТ имел ввиду только его часть: описание военных событий?
Но всё же подобные «провокации» сильно стимулируют аналитику — тем, что выявляют проблемные места.
1. Кто участвует в диалоге? Школьники сразу и однозначно воспринимают их как близких РОДСТВЕННИКОВ: дядя и племянник, и даже то, что рассказчик – участник сражения, первоначального мнения не отменяет. С одной стороны, почему бы и нет? Но, с другой стороны, обращение ДЯДЯ (или ДЯДЕНЬКА) может обозначать просто старшего по возрасту, взрослого мужчину, без каких бы то ни было родственных отношений (так – в современном словоупотреблении, а в языке XIX века?) Кроме того, ДЯДЬКА – «в старину – воспитатель, слуга при мальчике в дворянской семье или старый солдат сверхсрочной службы, по-современному, НАСТАВНИК. Следовательно, с большой долей уверенности можно утверждать, что «дядя» — старый солдат, участник Бородинского сражения, а обращается к нему солдат молодой.
2. «Бородино» — народный взгляд на историческое событие, причём это взгляд рядового участника, «изнутри». Не упоминается ни одно историческое лицо, ни Кутузов, ни Багратион, нет даже цветаевских молодых генералов – только безымянный полковник. Почему? Значит, с общенародной точки зрения, суть события и его исход – не в них? Поясняющую аналогию находим в ВиМ (3-2-21) – сцена молитвы перед Смоленской иконой накануне сражения: солдаты не обращают внимания на подъехавшего Кутузова.
3. Почему полковник призывает своих солдат «умереть под Москвой»? Вероятно, более естественно звучало бы «отстоим/защитим Москву»? Ещё одна поясняющая аналогия в ВиМ (3-2-20): «Всем народом навалиться хотят, одно слово — Москва. Один конец сделать хотят». — Несмотря на неясность слов солдата, Пьер понял всё то, что он хотел сказать». Что же понял Пьер? В романтически-экзальтированном возгласе лермонтовского героя, как и в логически-неясных (с точки зрения европейски-образованного интеллигента) словах простого человека (солдата) звучит ощущение/сознание максимальной предельности ситуации, которая требует готовности к максимально-предельным решениям (Победа или смерть!) – «до конца стоять».
4. Как можно объяснить исторически неточное утверждение рассказчика о том, что после окончания сражения «басурманы отступили» (в то время, как в реальной истории наполеоновская армия после битвы занимает Москву)? Историческая наука отмечает НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ итогов Бородинского сражения, но для ЛНТ главное – НРАВСТВЕННАЯ победа русских. Предвосхищая толстовскую героическую мифологию, лермонтовский герой передаёт реальное ощущение русских воинов: мы устояли, мы не побеждены, мы готовы до конца стоять и в новом бою, значит, «басурманы» не могут не отступить!
Но всё же подобные «провокации» сильно стимулируют аналитику — тем, что выявляют проблемные места.
1. Кто участвует в диалоге? Школьники сразу и однозначно воспринимают их как близких РОДСТВЕННИКОВ: дядя и племянник, и даже то, что рассказчик – участник сражения, первоначального мнения не отменяет. С одной стороны, почему бы и нет? Но, с другой стороны, обращение ДЯДЯ (или ДЯДЕНЬКА) может обозначать просто старшего по возрасту, взрослого мужчину, без каких бы то ни было родственных отношений (так – в современном словоупотреблении, а в языке XIX века?) Кроме того, ДЯДЬКА – «в старину – воспитатель, слуга при мальчике в дворянской семье или старый солдат сверхсрочной службы, по-современному, НАСТАВНИК. Следовательно, с большой долей уверенности можно утверждать, что «дядя» — старый солдат, участник Бородинского сражения, а обращается к нему солдат молодой.
2. «Бородино» — народный взгляд на историческое событие, причём это взгляд рядового участника, «изнутри». Не упоминается ни одно историческое лицо, ни Кутузов, ни Багратион, нет даже цветаевских молодых генералов – только безымянный полковник. Почему? Значит, с общенародной точки зрения, суть события и его исход – не в них? Поясняющую аналогию находим в ВиМ (3-2-21) – сцена молитвы перед Смоленской иконой накануне сражения: солдаты не обращают внимания на подъехавшего Кутузова.
3. Почему полковник призывает своих солдат «умереть под Москвой»? Вероятно, более естественно звучало бы «отстоим/защитим Москву»? Ещё одна поясняющая аналогия в ВиМ (3-2-20): «Всем народом навалиться хотят, одно слово — Москва. Один конец сделать хотят». — Несмотря на неясность слов солдата, Пьер понял всё то, что он хотел сказать». Что же понял Пьер? В романтически-экзальтированном возгласе лермонтовского героя, как и в логически-неясных (с точки зрения европейски-образованного интеллигента) словах простого человека (солдата) звучит ощущение/сознание максимальной предельности ситуации, которая требует готовности к максимально-предельным решениям (Победа или смерть!) – «до конца стоять».
4. Как можно объяснить исторически неточное утверждение рассказчика о том, что после окончания сражения «басурманы отступили» (в то время, как в реальной истории наполеоновская армия после битвы занимает Москву)? Историческая наука отмечает НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ итогов Бородинского сражения, но для ЛНТ главное – НРАВСТВЕННАЯ победа русских. Предвосхищая толстовскую героическую мифологию, лермонтовский герой передаёт реальное ощущение русских воинов: мы устояли, мы не побеждены, мы готовы до конца стоять и в новом бою, значит, «басурманы» не могут не отступить!
6 сентября 2024