Первая строфа ОСЕНИ – «установочная», здесь ОБРАЗ осени представлен с возможной наглядностью и полнотой (в последующих октавах – развитие/дополнение/обогащение). С чего же начать, за что «зацепиться»? Казалось бы, господствует реалистическая точность деталей, и всё же… «роща отряхает последние листы с нагих своих ветвей». Логическое противоречие? Если ветви «нагие», то какие же на них могут быть листья! Тем не менее АСП абсолютно точен – с точки зрения простых зрительных впечатлений: легко представить (увидеть) облетевшие деревья, которые видятся вполне «нагими», несмотря на отдельные ещё висящие листочки. Другими словами, последние листы ЕЩЁ падают, но ветви УЖЕ нагие. Глагольные формы первой октавы выражают ту же тему: ручей ЕЩЁ бежит, но пруд УЖЕ застыл; хлад УЖЕ дохнул, но дорога ЕЩЁ только ПРОМЕРЗАЕТ (но не промёрзла окончательно), сосед ПОСПЕШАЕТ, озими СТРАЖДУТ, лай БУДИТ. Эта НЕОКОНЧЕННОСТЬ (глаголы НЕСОВЕРШЕННОГО вида) – существенная черта ОБРАЗА пушкинской осени. Уже наступивший октябрь – картина всё ещё продолжающегося, незавершённого процесса. Куда же, к чему движется октябрьская природа, что нашёл в ней поэт, какое «нечто»? Ответ – в 6 и 7 октавах: осень движется к зиме, как увядающая дева — к смерти. Зима – смерть природы. Банально? Конечно – но только не у АСП. И не только потому, что в этой унылости – очарованье, прощальная краса — приятна, а увядание – пышное. А потому, что «с каждой осенью Я расцветаю вновь»! Кто же этот Я?
3 октября 2025