Некрасов

Лёд неокрепший на речке студёной словно как тающий сахар лежит.

Начнём с фактического аспекта: «тающий сахар» современному читателю сразу напомнит сахар-песок или кусковой (пилёный) сахар, растворяющийся в горячей воде – но ведь он совершенно НЕ ПОХОЖ на лёд! У Некрасова же – голова сахара, упоминаемая в «Ревизоре» (купцы «кланяются» Хлестакову «головами» «сахарца») и в горьковских «Мещанах» (Бессеменов поучает домашних: «Сахар нужно покупать головой и колоть самим (…) … сахар самый он лёгкий, сладкий…») На ТАКОЙ сахар, действительно, похож «тающий лёд» — некрасовское сравнение точно. Теперь обратим внимание, что удвоение сравнительного союза («словно как») явно имеет РАЗГОВОРНЫЙ оттенок и указывает на неназванного в тексте субъекта речи – ПРОСТОГО человека (человека труда). Но есть в этом сравнении ещё один аспект: многократное чтение этих стихов («выразительно», вслух) совершенно неожиданно зазвучало с оттенком искреннего УДИВЛЕНИЯ:(что-то вроде «посмотрите, как интересно! — «Лёд неокрепший» и т.д.) Подобная непосредственность — детски-наивная, «простая» — непротиворечиво соответствует общему характеру сравнения. Оттенок «детскости» проявляется, на мой взгляд, и в «КОЧАХ». Об этом – в «От двух до пяти» К.И.Чуковского: ребёнок, узнав, что нельзя говорить «папка/мамка», а надо «папа/мама», начинает переделывать ВСЕ слова на «-ка», и в его речи появляются «коша/ложа», потому что «кошКа/ложКа» — плохо! Может быть, и «кочи» из этого же ряда (хотя, возможно, это диалектизм или – опять же — просторечная форма).