Читатель амфибрахия

Тютчевская диалектика

1830: «Как сердцу высказать себя? Другому как понять тебя? Поймёт ли он, чем ты живёшь?» («Silentium!») – риторические вопросы, подобные лермонтовскому «А душу можно ль рассказать?» («Мцыри»), выражают безусловную невозможность «высказать», «понять», «рассказать». Тютчеву 27 лет. Почти через сорок лет – четверостишие о «нашем слове», которое «ОТЗОВЁТСЯ» (в ком-то), и о сочувствии, которое «нам ДАЁТСЯ» (кем-то). Значит, понимание всё же возможно? Эта полная перемена мирочувствования напоминает толстовское «всё это вздор, а вот оно, настоящее» Как объяснить эту перемену? Пережитым? Между текстами — полная драматизма жизнь: «убийственная» любовь, жизнь на две семьи, смерть возлюбленной, потеря близких…