Сайк взрыв, явление Кудряшки

В самолете было прохладно, работали кондиционеры. Сайк опустился в широкое кресло, прислонил спину к холодной синей коже. Здесь, как и в автобусе, пока ехали к самолёту, толчки ощущались сильнее, люди стали тихими, напряжёнными, сосредоточенно распихивали ручную кладь, усаживались и сразу пристегивались, как будто это могло ускорить вылет. Мимо Сайка, протиснулась молодая пара, парень что-то сказал девушке, и та прыснула от смеха, но почувствовав неодобрительные взгляды, притихла. Они уселись где-то сзади и стали тыкать пальцами в телефоны, ворча, что связи нет до сих пор.

Вдруг между спинок сидений прямо перед Сайком возникла рыжая голова и улыбающееся веснушчатое личико.

— Смотри, он нас преследует, — шепнул Сайк. Марта вынула ноутбук и запихивала чемодан обратно под сидение. Она улыбнулась и тронула пацана за кончик носа:

— А вот и наш друг.

Пацан засмеялся и спрятался за спинку кресла, стукнувшись, вероятно, о голову отца, потому что тут же прозвучал короткий детский возглас, и мужской голос зашипел “тише-тише”.

— Сейчас взлетим и сможешь начать.

Марта постучала пальцем по черной крышке ноутбука.

Сайк машинально спросил:

— И интернет будет, и связь, в воздухе?

— Да-да, поверь, теперь можно.

Сайк задумчиво провел пальцем по шершавой матовой крышке ноутбука, развернул, тронул клавиши, и они ответили пластиковым шорохом. Он увидел в глянцевом экране своё растянутое отражение. И тут сжал зубы и повернулся к Марте:

— Сколько лететь?

— Двенадцать часов.

Сайк кивнул, нажал на кнопку, экран загорелся. Он легонько постучал по пэду, открывая программу, затем прикрыл веки, на секунду приподнял пальцы как пианист над клавишами рояля, и отпустил. Зашелестели мягкие кнопки, а по экрану медленно поползла черная строчка.

— Ну вот, другое дело, — Марта улыбнулась, и чмокнула Сайка в щёку, — я сейчас.

Она отстегнула ремень и ушла вперед по салону в сторону уборной.

“Молодая женщина с растрепанными волосами и заплаканными глазами долго сидела на камне с краю улицы под палящим солнцем. Горячий ветер из пустыни то и дело бил её в лицо, принося городской смрад, в котором смешались запахи благовоний, специй, человеческого пота и ослиного дерьма. Она глядела прямо, не мигая на слепящем солнце, и хлестала себя хворостиной по лицу и плечам. Прохожие смотрели на её разодранную тунику, обнаженные ноги и грудь и с ругательствами спешили мимо. Кто-то швырял в нее камень, кто-то палку. Она не чувствовала боли и не замечала кровавых синяков”.

Текст мчался из-под пальцев, клубился, закручивался спиралью как вихрь, захватывал всё больше пространства, рвался наружу. За два месяца записок на запотевшем зеркале, на салфетках, на пыльных поверхностях мебели, за два месяца бормотания, повторений про себя — Сайк отточил эти слова и выучил наизусть. Надо записать, скорее, и тогда, тогда…

Тогда они прочтут и поймут.

“Огромный пёс возник из солнечного марева, обнюхал женщину, оскалился, рыча, вцепился в лохмотья и начал трепать её, раскачивать, стараясь повалить на землю. Он чуял кровь…”

Сзади Сайка раздалось писклявое пиликание, радостный возглас. Сайк обернулся. Смешливый парень, улыбаясь, приставил к уху чёрную трубку:

— Да, мама, да, тут не было связи, мы скоро взлетаем!

Пассажиры оживились и стали вынимать свои телефоны, набирать номера.

— Уже скоро, мама, тут так классно, скоро вулкан начнёт извергаться.

— Не пугай маму, — девушка рядом с парнем засмеялась и начала выдёргивать трубку у него из рук.

Не орите так, тише, ну и что с того, что не было связи. Это вообще не важно:

“Пёс чуял кровь, но женщина не пыталась отогнать собаку”.

И вдруг:

— Телефон! У него работает телефон!

От пронзительного крика Сайк вздрогнул. Пассажиры замерли и перестали лопотать. Впереди в проходе застыла Марта, она тянула палец к парню с телефоном, в зрачках каменел ужас, облако рыжих волос дыбилось вокруг бледного лица.

— Телефон, — произнесла она ещё раз еле слышно и стеклянно глядя на Сайка со странным выражением безнадёжности, как будто просила прощения.

Сайк вскочил. Ноутбук со стуком грохнулся на пол.

Самолет тряхнуло, Сайк потерял равновесие, начал валиться на бок и увидел, как за спиной у Марты всё стало красно-черным, загудело, затрещало, превратилось в крик. Рыжие волосы вспыхнули факелом, блики пламени скакнули по распахнутым глазам. Сайк выбросил руку к Марте, и тут пламя ударило его, и он провалился в боль.

Лопнули стекла салона. Завыл и застонал смрадный адов огонь.

Вдоль прозрачной стены зала ожидания выстроились, оцепеневшие от ужаса пассажиры и снимали на телефоны пылающий на стоянке самолет с оторванным носом. Справа мчались три пожарные машины, внизу бегали люди в униформе, беззвучно кричали и отчаянно размахивали руками.