Надел венец

Сайк и Соня подъехали по тощему крутому проулку, который соединялся с широкой улицей, опоясывающей площадь. Сайк пропустил поворот, затем затормозил и заехал в проулок задним ходом.

— Так тебе легче будет выехать. Держи.

Соня взяла ключи:

— Думаешь, я уеду без тебя?

— Уверен.

Джип стоял у глиняных ступенек магазинчика с чаем и матэ. На крыльце сидел голый по пояс сморщенный старик. Трое мальчишек примчались с кривым велосипедным колесом без шины. За ними две девочки в майках и с ремешками на бедрах и у подмышек. Одна девочка лет двенадцати, худая, со спутанными в красной пыли волосами стала прямо перед машиной и с болезненной гримасой, глядя в зеркальное стекло, чесала пальцем под ремешком на правой руке. Сайк открыл дверь, и девочка шарахнулась от машины, бросилась к остальным, вырвала у них колесо и размахнувшись забросила далеко по переулку в сторону площади. Ватага рассерженно заверещала и помчалась за лязгающей железякой.

Сайк вылез из машины, разулся, скинул себя брюки и рубашку. Потянулся на заднее сидение и вытащил два небольших куска меха, которые сразу умело стянул широким кожаным ремнем вокруг талии, оставив ноги голыми выше колен.

— Давай.

Соня протянула ему круглую жестяную баночку и Сайк начал натирать себя от шеи до пояса рыжей охряной краской. Закончив с верхом, он стал натирать ноги. Соня стояла, скрестив руки на груди, не мигая, смотрела на него, стискивая в пальцах брелок с ключами, сумочка висела на узком плече. Через минуту грудь Сайка, широкие бицепсы, живот, рельефные бёдра и голени стали медно-красными. Сайк отдал коробочку Соне, открыл багажник и вынул огромный венец из орлиных перьев.

Глядя в широкое зеркальное стекло багажника, он водрузил венец на голову. Отражённые лучи солнца освещали его лицо как софиты на съёмочной площадке. Он стал ещё огромнее, длинные перья вздымались выше на голову, а длинный хвост венца с мелкими пёрышками спускался ниже пояса сзади. Увидев Сайка в одеянии шамана урари, старик на крыльце вскочил и широко поднял руки над головой. Сайк показал старику красные ладони, и тот ушёл в дом.

— Рука, — тихо произнёс Сайк.

Соня, которая теперь тоже заворожённо глядела на Сайка, вздрогнула и начала шарить в сумочке. Наконец выудила пудреницу. Дрожащей рукой она попыталась высыпать пудру себе на ладонь, но у неё не получалось, пудра слиплась. Сайк улыбнулся, зачерпнул пальцами и высыпал белый порошок горстью на ладонь Сони. Она быстро прижала ладонь к груди Сайка, а когда убрала, на груди остался ярко белый след в форме маленькой ладони с растопыренными пальцами. Было очень тихо. Сайку казалось, что он слышит, как остатки пудры осыпаются на булыжники под их ногами.

Сайк поцеловал Соню в лоб, вынул из багажника белый пластиковый пакет, заглянул в него, проверив, всё ли на месте.

— Закрой, дети залезут.

Соня щёлкнула брелоком, джип пискнул. Она испуганно смотрела на Сайка, ждала, что он скажет.

— Пойдём.

Они направились к выходу из проулка на площадь. Сайк шагал впереди, как сошедший с пьедестала монумент, с болтающимся в руке пакетом. Он обернулся к Соне:

— Шаман из супермаркета.

Соня улыбнулась, чувствуя, как немеют губы.

В конце проулка росла акация, посаженная специально, чтобы машины не выезжали на площадь. Сайк остановился в тени дерева и положил руку на корявый изгиб ствола. Соня стала рядом. Он показал ей на чёрную статую на противоположном краю площади.

— Встанешь справа, там, где бутон, и снимай. Телефон заряжен?

— Да, — тихо произнесла Соня.

Сайк взял её за плечи, оставляя красные пятна на белой футболке:

— Не бойся, это нужно сделать.

— Да, нужно.

— Жди, пока я дойду до фонтана, и иди за мной.

Соня кивнула, и Сайк шагнул на солнце.