Спасибо Марта

Марта спала бесшумно, не слыша будильника. Кудряшки на подушке, глубокий изгиб талии, коричневый на белой простыне. На бедре четкий узор, как будто из продолговатых семечек, выложенных в плотную дорожку. Зажившие раны от ремешков Розы выглядели как грубая татуировка.

Сайк прикоснулся к узору, почувствовал твёрдые шершавые выпуклости, приподнял простыню и увидел такой же узор кольцом на руках у подмышек. Он осторожно снял с себя ногу Марты и выключил будильник. Стало тихо, и Марта открыла глаза.

— Я не хотел.

— С добрым утром. Сколько?

— Шесть.

Марта перевернулась на спину, потянула простыню, укрыв живот и грудь. Сайк, любуясь, провел ладонью по коричневым плечам, по бугоркам простыни и по смуглой коже бедра.

— Подожди.

Марта бросила руку в бок, нащупала телефон под кроватью и стала щуриться в экран. Вдруг она села.

Сайк приподнялся на руках:

— Что? Сегодня?

— Да.

— Сейчас?

— В девять. Сегодня последний день. Завтра они закрывают аэропорт. Сегодня вывозят последних туристов.

Сайк мигом отвернулся от Марты, сел, сдернул с кресла и начал натягивать штаны. Неожиданно руки Марты обвили его шею, горячее тело прижалось к спине, и в ухо пахнуло фиалкой от волос:

— Вот так, да?

Он повернулся и сжался под обиженным взглядом:

— Прости, я… У нас есть ещё время.

Он сделал движение, чтобы обнять Марту, но она засмеялась и скользнула из его объятий.

— Я пошутила. Надо двигаться, — она спрыгнула с кровати, уронив простыню, — я в душ, — и выскочила из комнаты.

Сайк задумался. Медленно, глядя перед собой, он надел штаны, взял с кресла пеструю рубашку, подошёл к двери душа и стоял, слушая шум воды. Вода стихла, открылась дверь, и Марта в банном полотенце вздрогнула, уткнувшись ему в грудь.

— Ты чего?

— Я хотел сказать, что я очень рад… Я рад, что ты… То есть, что именно ты…

Марта как пружинка скакнула на цыпочках и чмокнула Сайка в подбородок.

— Я тоже рада. Что ты оказался не очкастый старпёр.

Стоя посреди комнаты спиной к Сайку она сдёрнула полотенце и стала быстрыми мелкими движениями сушить волосы. Затем поставила ногу на кресло и вытирала полотенцем, легко показывая сильное тело. Маленький юркий зверь, который вырвался на волю. Разгрыз прутья решётки, разрыл голыми лапами и пастью лаз под клеткой и выдрался, оставив клочья кровавой шерсти на железных зазубринах. Следы от ремней Розы чернели кольцами вокруг бедер и предплечий, как терновые венчики. Молодость заживила раны. Зверёк стал зверем. Красивым, таким, что глядя на него, забываешь дышать, и опасным. Таким опасным, что хочется быть рядом и тоже становиться опасным. Вместе мы можем рвать на части врагов. Мы можем убегать, презирая неповоротливость и тупость наших преследователей, и заниматься любовью у них под носом.

— Чего стоишь? Усы, парик. Вперёд.

— Спасибо, Марта.

Всё хорошо. Всё будет хорошо.

На улице было знойно, и слепило утреннее солнце. Отворачиваясь от прохожих, Сайк быстро прошел к машине, поставил чемодан рядом с багажником и запрыгнул внутрь. Марта появилась на крыльце, хлопнула дверью, машинальными движениями закинула чемодан в багажник и села на водительское сидение.

— Давай проедем через… дом.

Марта посмотрела на него и покрутила головой. Сайк просительно заглядывал ей в лицо:

— Когда я ещё вернусь? Я хочу посмотреть, что там.

— Дома нет, — Марта погладила его руку, — и они постоянно пасутся там, они ждут, что ты вернёшься.

Сайк опустошённо смотрел перед собой.

— Ты вернёшься домой, я обещаю.

Сайк молчал.

— Скоро увидишь жену, думай лучше об этом.