Табакерка с генералом как… верёвочка?
В Предисловии к Части первой Вечеров на хуторе близ Диканьки рассказчик упоминает некоего «панича», который, вытаскивая круглую табакерку, щёлкнул пальцем по намалёванной роже какого-то бусурманского генерала».
В «Шинели» у Петровича «круглая табакерка с портретом какого-то генерала, какого именно, неизвестно, потому что место, где находилось лицо, было проткнуто пальцем и потом заклеено четвероугольным лоскуточком бумажки».
В Предисловии к Части первой Вечеров на хуторе близ Диканьки рассказчик упоминает некоего «панича», который, вытаскивая круглую табакерку, щёлкнул пальцем по намалёванной роже какого-то бусурманского генерала».
В «Шинели» у Петровича «круглая табакерка с портретом какого-то генерала, какого именно, неизвестно, потому что место, где находилось лицо, было проткнуто пальцем и потом заклеено четвероугольным лоскуточком бумажки».
Между «Вечерами (1831)» и «Шинелью» (1841) дистанция огромного размера. Но какое сходство в деталях! И круглая, и портреты генералов (оба – «какие-то»). Неужели у Гоголя, как у им же созданного Осипа (в «Ревизоре»), всё шло впрок, даже табакерка/верёвочка? Или сходство случайное?
2 августа 2024